Нужно ли одеть адвоката в мантию?

(Гришин С. П.) («Российская юстиция», 2008, N 12) Текст документа

НУЖНО ЛИ ОДЕТЬ АДВОКАТА В МАНТИЮ?

Гришин С. П., кандидат юридических наук, доцент, первый проректор Нижегородской правовой академии, заслуженный юрист Российской Федерации.

Обязательным элементом процессуальной формы при рассмотрении и разрешении уголовных (как, впрочем, и гражданских, административных и арбитражных) дел является особый, строго регламентированный порядок деятельности суда, сторон и иных участвующих в деле лиц в ходе судебного разбирательства. Этот порядок, повторяясь в каждом процессе, со стороны представляется как определенная церемония, обряд, в ходе которого появление суда в зале заседания все присутствующие встречают стоя, обращение к суду начинается словами «Ваша честь» или «Уважаемый суд», прежде чем обратиться к суду, участник процесса должен встать и т. д. «Обряды в советском уголовном судопроизводстве, — отмечал в свое время профессор М. Л. Якуб, — придают торжественность отправлению правосудия и его актам и способствуют авторитету суда…» . Заметим, что ценность обрядовой стороны любой судебной деятельности заключается не только в этом . Нет сомнений в воспитательном значении судебного процесса, его познавательном влиянии на правовое сознание не только участников процесса, но и присутствующей в зале публики. Причем в современном состязательном процессе (как уголовном, так и гражданском) воспитательный эффект будет тем выше, чем полнее будут обеспечены права каждой из сторон. Касается это не только нормативной составляющей. В судебном заседании значимо буквально все: отношение председательствующего к прокурору и адвокату, его манера ведения процесса и реагирование на различного рода нарушения; поведение государственного обвинителя и защитника, их реакции на происходящий в суде анализ доказательств; целый ряд других факторов, представляющих общую картину судебного разбирательства. Эта картина настолько многообразна, что ее можно сравнить с театральным спектаклем, где важна не только игра актеров, но и декорации, костюмы, музыка, свет. ——————————— Якуб М. Л. Процессуальная форма в советском уголовном судопроизводстве. М.: Издательство «Юридическая литература», 1981. С. 38. Подробнее об этом см.: Поляков М. П. О ценности обрядовой стороны уголовного судопроизводства // Государство и право. 1999. N 9. С. 87.

Иллюстративный характер подобной аналогии вместе с тем позволяет обратить внимание на одну существенную деталь при характеристике таких участников судебного разбирательства, какими являются суд и стороны в лице государственного обвинителя и защитника. Это их внешний вид, одежда. Судья в красивой черной мантии, государственный обвинитель — в служебном мундире с погонами, свидетельствующем о наличии соответствующего классного чина, всегда в белой рубашке с галстуком и адвокат, как бы это сказать помягче, одетый сообразно сезону и собственному вкусу: зимой это может быть свитер, летом — рубашка с коротким рукавом или даже футболка и т. п. В лучшем случае — это строгий темный костюм для мужчины, для женщин — пиджак с юбкой. Однако последнее, по нашим наблюдениям, скорее исключение, нежели правило. Одетый в цивильную одежду защитник изначально проигрывает государственному обвинителю, который предстает в судебном заседании в служебном мундире со звездами на погонах. И не в силу старой русской пословицы «Встречают по одежке…», а по той простой причине, что мундир, форменная одежда в российской действительности всегда ассоциируется с принадлежностью к власти. В правосознании обывателя, присутствующего в судебном процессе, изначально складывается убеждение о наличии у государственного обвинителя определенной форы: судья — в мантии, прокурор — в мундире, а вот адвокат одет как сам обыватель: клетчатая рубашка, пуловер и серенькие брюки. Мы не сгущаем краски, в отношении внешнего вида защитников, основываясь исключительно на собственных впечатлениях от нечастого присутствия в зале суда, рассматривающего по существу уголовные дела. Общая оценка строится на данных, полученных нами в ходе опроса федеральных судей областных, городских и районных судов, а также мировых судей из 12 субъектов Российской Федерации . ——————————— В период с 2004 по 2006 г. по специально разработанной анкете мы опросили 120 судей областных (краевых) судов, 140 городских (районных) судей и 138 мировых судей. Исследование проводилось в Амурской, Архангельской, Волгоградской, Вологодской, Кемеровской, Кировской, Нижегородской, Ростовской, Смоленской, Челябинской областях, Краснодарском, Красноярском и Ставропольском краях.

Оценивая внешний вид адвокатов, участвующих в качестве защитников по уголовным делам, многие наши респонденты отмечали некорректность в выборе одежды этой стороной процесса. Особенно это касается адвокатов-женщин: мини-юбка, вычурное платье, обилие драгоценностей и различного рода украшений и даже блузка-топлес в жаркое время года — вполне обычное явление для молодых или, хуже того, молодящихся леди-адвокатов. Судя по некоторой раздражительности в характеристиках, которые давали при опросе отдельные судьи внешнему виду адвокатов, нельзя не предположить, что эта раздражительность не проявлялась и в отношениях к ним по ходу разбирательства конкретных судебных дел. Униформа, хотим мы того или нет, заставляет судью несколько иначе относиться к государственному обвинителю нежели к защитнику. Профессиональные участники процесса хорошо знают, в чем это проявляется, и вряд ли есть необходимость вновь об этом говорить. Что же делать? Ну, конечно, не заказывать для защитника мундир по образцу и подобию прокурорского. В этом нет необходимости. А вот одеть адвоката в мантию (по примеру судейской), но может быть иного фасона и цвета, — вполне приемлемое по нашему мнению решение. С одной стороны, это скроет легкомыслие в одежде, с другой — позволит воспринимать адвоката всем присутствующим в зале судебного заседания как официальную (не только по существу, но и по форме) сторону процесса. В современном уголовном делопроизводстве как в странах общего, так и континентального права мантия адвоката далеко не редкость. И она не просто историческая традиция. Адвокатская мантия является дополнительной гарантией равноправия сторон в состязательном процессе. Среди российских судей, как показали результаты нашего исследования, нет единства мнений по вопросу адвокатских мантий. Однако на вопрос «Как бы Вы отнеслись к предложению одеть адвоката в мантию (разумеется, другого цвета, чем мантия судьи)?» почти 40% ответили положительно. Любопытны в этой связи суждения самих адвокатов. В целом, поддерживая идею одеть адвоката в мантию, отличную по форме и цвету от мантии судьи, они озабочены практическим вопросом ее транспортировки и хранения. На наш взгляд, эта проблема вполне может быть решена: современные немнущиеся ткани позволят создать строгую и красивую накидку, которая не займет много места в адвокатском кейсе.

Тольяттинский Адвокат Омецинский Иван Александрович

Пн — Пт 9:00 — 19:00

Суббота: По записи

Гражданские дела

Уголовные дела

Семейные споры

Жилищные споры

Трудовые споры

Наследственные споры

Арбитражные споры

Физическим лицам

Юридическим лицам

Востребованный проект

На взаимовыгодных условиях

Ценность мантии адвоката

Федеральная палата адвокатов РФ совместно с Национальным советом адвокатских палат Франции организуют выставку адвокатских мантий со всего мира «ROBE AROUND THE WORLD». Выставка, спонсором которой выступила Московская коллегия адвокатов «Яковлев и Партнеры», будет проходить 16 и 17 мая в Главном штабе на Дворцовой площади во время проведения Петербургского международного юридического форума. Ее открытие запланировано в рамках международной конференции ФПА РФ.

Коллекция адвокатских мантий Национального совета адвокатских палат Франции содержит в себе образцы мантий из более чем 40 стран. На выставке будут представлены 30

из парижской коллекции, в числе которых «рабочая одежда» адвокатов Азербайджана, Великобритании, Бразилии, Канады, Германии, Литвы, Польши, Португалии, Турции и другие.

В России уже несколько лет ведутся споры о необходимости

такую же «спецодежду» для адвоката, какая имеется у коллег в ряде зарубежных стран. Сторонниками адвокатской мантии выступают, в частности, первый вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ Евгений Семеняко и президент Гильдии российских адвокатов Гасан Мирзоев, их поддерживают многие президенты адвокатских палат субъектов РФ. Однако не все согласны с целесообразностью такого нововведения.

«Мантии адвокатов со всего мира – это отражение личности, ценностей и образа нашей профессии, – утверждает президент Национального совета адвокатских палат Франции Паскаль Эйду. – Адвокатские мантии в одно и то же время отличают нас и идентифицируют. Отличая нас от других специалистов и партнеров по правосудию, мантия адвоката позволяет общественности признать нас. Это также помогает нам идентифицировать себя между адвокатами, где бы мы ни находились в мире».

«Разнообразие и особенности каждого платья, представленного в выставке, превосходят функцию, которая объединяет нас и идентифицирует как юристов: воплотить защиту, представлять голоса тех, кому мы помогаем и представляем в юридическом процессе.

Смотрите так же:  Приказ 70 мчс россии

Таким образом, эти различие и идентичность объединяют нас – в этом и есть сила адвокатов», – резюмировал глава Национального совета адвокатских палат Франции.

Фото: Национальный совет адвокатских палат Франции

Юридические парики и мантии

К мантиям судей в нашей стране уже все привыкли, хотя, как я помню, в свое время введение этой «формы одежды» для судей вызывало резкое отторжение и в самом судейском сообществе, и среди юристов, да и вообще среди очень голосистых, как известно, в нашей стране борцов за национальную идентичность, аутентичность, патриотичность и любую прочую «-ичность». Также, насколько я помню, первоначально, многие судьи игнорировали мантии и только со временем поддались на уговоры и воспитательные беседы председателей судебных присутствий и руководителей судебной системы.

Интересно в связи с этим отметить, что мантии российских судей – это ни что иное, как проклинаемое сегодня наследие тех времен, когда наша Родина была продана Западу и еще не успела «подняться с колен». Если бы наши судьи продолжали ходить на работу в строгих костюмах, и кто-нибудь именно сегодня заикнулся про мантии, то, скорее всего, его распяли бы под улюлюкание и аплодисменты патриотически настроенных граждан. Почти уверен, что введение формы одежды для судей сегодня привело бы к появлению на их плечах кителей военного образца с погонами, петлицами и прочей яркой «генеральско-дембельской» атрибутикой. Это было бы и патриотично, и намекало бы на связь с историческими корнями, да и вообще отвечало бы духу сегодняшнего времени.

Про то, что судейские мантии и парики подарила миру Великобритания, знают все.

Мантии и парики являются непременным внешним профессиональным образом не только судей, но и британских адвокатов – барристеров. У юридических стряпчих и поверенных (солиситоров) мантий и париков в профессиональном гардеробе нет, но обязательно должны быть дорогие деловые костюмы, недешевые галстуки и портфели по цене, желательно, малолитражного китайского автомобиля. Можно быть очень плохим и необразованным юристом, но костюм должен стоить не менее 2 тысяч фунтов. Это – закон, который, одалживая деньги у друзей или в банке, либо выуживая из родительского кармана, обязаны начинать исполнять все выпускники юридических школ Великобритании.

Что интересно, традиция появления в судебном заседании в мантии и парике и для судей, и для адвокатов, не действует ни на высшем, ни на низшем уровнях судебной системы Великобритании. Дресс-код работает только посередине. В районный (магистратский) суд можно придти в гражданском костюме и увидеть перед собой также традиционно костюмированного судью. Равно как и в Верховном суде страны судьи заседают в обычной гражданской одежде и видят перед собой судебных представителей сторон также в обычных костюмах. Парики и мантии присутствуют только в окружных судах, Высоком суде и Апелляционном суде Англии.

Мантии бывают повседневными, иногда замызганными и застиранными до неприличия, а также «парадно-выходными», которые одевают по особым случаям, связанным с возможностью попадания в объективы фото- и телекамер.

Ничего особенно выдающегося даже парадное одеяние английских судей не представляет. В этих красных одеждах они больше напоминают санта-клаусов, у которых можно было бы попросить конфетку, если бы не знать, что на плечи каждого из них давит опыт сотен и даже тысяч судебных дел, в совокупности отмеченных тысячами лет тюрьмы для осужденных и сотнями миллиардов долларов для гражданских истцов и ответчиков. Вероятно также, среди старшего поколения английских судебных «санта-клаусов» еще живы те, кто принимал участие в рассмотрении уголовных дел, по результатам которых осужденных вешали.

Красивым золотым шитьем, хотя и из искусственных золотых ниток, отличаются только мантии судей Высокого суда, Апелляционного суда и Верховного суда, но они их надевают только по несколько раз в год по каким-либо специальным случаям.

Самым красивым одеянием может похвастаться лорд – главный судья Англии и Уэльса, являющийся главой всей судебной системы этих исторических областей Великобритании. Его парадная одежда является парафразом на тему парадного платья средневековых канцлеров Англии.

Конечно, и его одежда не идет ни в какое сравнение с мундирами генералиссимусов и фельдмаршалов, в которые одеты вахтеры и поэтажные охранники некоторых лидеров российской экономики, ну так это Англия, все же. Ни своих алмазов, ни золота у нее нет. Смешной народ!

Судейские и адвокатские мантии и парики отличаются сильно. Особенно, парики. Если у судей они представляют собой солидные сооружения с ниспадающими на плечи бакенбардами, то у адвокатов – скорее напоминают нашлепки. Такие «парички» выглядят диковато на полных мужчинах, но особенно – на женщинах.

Парик или мантию можно взять напрокат, можно одолжить у приятеля, можно получить по наследству от вышедшего в отставку старшего товарища, у которого ты работал подмастерьем, а можно купить. Продаются бывшие в употреблении предметы юридического гардероба и продаются достаточно дешевые изделия «массового» спроса. Но это все совершенно не комильфо. Уважающие себя юристы свои мантии и парики шьют на заказ, по точным меркам и из хороших материалов.

Мастерских ручного индивидуального пошива париков и мантий в Великобритании очень мало. Парик ведь не шаверма, на вокзале продавать не будешь. Одна из самых престижных мастерских – фирма «Ede & Ravenscroft«, основанная в 1689 году и размещающаяся на самой «судебной» улице мира – лондонской Канцлерской аллее (Chancery Lane). Приобрести свою униформу в этой фирме, да еще и в специальной упаковке с личными монограммами, так же престижно, как, например, российскому юристу было бы престижно поучаствовать в корпоративной сделке слияния Microsoft с Газпромом, чтобы потом писать об этом в своем CV всю оставшуюся жизнь.

На фотоснимке Дэвида Биббера (David Bibber) излучают счастье две сотрудницы фирмы, вероятно, мать и дочь (Сара и Сандра Бартлет — Sarah and Sandra Bartlett), которые мастерят вручную на заказ самые дорогие юридические парики.

Из чего их делают? Только из специально обработанного конского волоса. Никакой синтетики, хлопка, льна или даже шелка. Все, что не является конским волосом, в создании дорогого судейского или адвокатского парика использоваться не может.

Вещь получается очень качественная. Парик из конского волоса, при должном уходе, будет прилично выглядеть и через 100, и через 200 лет. Он практически вечен. Только надо периодически его чистить и проветривать. У нерях насекомые и плесень могут завестись, где угодно. Хоть на парике, хоть в Ferrari.

Стоит такой парик 560 фунтов. К нему положен специальный «торжественный» кофр с монограммой владельца за 360 фунтов, а также тканевый мешочек для повседневной упаковки парика за 75 фунтов.

Но фото представлена линейка продукции фирмы для пафосных юристов, включающая адвокатский присутственный камзол за 199 фунтов, которым можно заменить мантию в судебном заседании, и овальный несессер за 270 фунтов.

С юридическими париками и мантиями связаны не только овеянные историей умильные охи и ахи, но и вполне рациональные проблемы.

Во-первых, их иногда воруют. Причем, адвокаты друг у друга, и, причем, непосредственно в комнатах для переодевания, которыми в Великобритании должны быть оснащены все высшие суды страны. Объектами хищения, естественно, являются дорогие изделия. Конечно, в таких случаях все начинают говорить о том, что это не воровство, а просто какой-то рассеянный адвокат по ошибке взял чужой парик, став обладателем, опять же по чистой рассеянности, сразу двух париков.

Во-вторых, вокруг париков периодически возникают не только беззлобные дискуссии по поводу архаизма подобной традиции, но и вполне жесткие разговоры на тему политической корректности.

Судейские парики в бывшей Британской Империи иногда определяются в качестве одного из символов ужасного колониального прошлого, когда жестокие англичане порабощали одного за другим миролюбивые народы Азии и Африки.

Критики «париковой» традиции утверждают, что участие в судебных заседаниях граждан из бывших колоний в присутствии судей и адвокатов в париках наносит таким гражданам тяжелые психологические травмы. Они, дескать, немедленно начинают вспоминать о том, что их пра- пра- прадедушки у подобных господ в париках ходили в прислугах. Хотя, на самом деле, африканцы и азиаты приходят в английские суды в основном только за тем, чтобы оспорить решения Министерства внутренних дел о депортации на родину или об отказе в предоставлении вида на жительство или британского гражданства. На своих предков им уже давно наплевать, они их и не знают, а быть выселенными из Великобритании на пострадавшую от жестоких колонизаторов родину очень не хочется.

Также указывают, что в английских судах уже появились в качестве судей, например, этнические индусы и пакистанцы, граждане бывших африканских колоний. Они практически не могут работать, до того им противно надевать на себя отдающие рабовладельческим прошлым парики. Естественно, что за права судей из числа национальных меньшинств борются вовсе не сами меньшинства, а общественно-активные белокожие британцы, многие из которых даже не могут найти ту же Индию на карте мира.

Смотрите так же:  Договор аренды прямой и

Разговоры на тему политкорректности париков и мантий подпитываются тем, что в некоторых африканских государствах судьи восприняли традицию бывших колонизаторов и также проводят заседания, будучи облаченными в парики. Им тоже достается от своих патриотов. Вероятно, если бы судьи, например, в Кении, вели заседания с набедренных повязках или вообще без оных, с памятью о тяжелом колониальном прошлом было бы покончено навсегда.

Ценность мантии адвоката

Выставка адвокатских мантий со всего мира будет проводиться в рамках VIII Петербургского международного юридического форума

Федеральная палата адвокатов РФ совместно с Национальным советом адвокатских палат Франции организуют выставку адвокатских мантий со всего мира «ROBE AROUND THE WORLD». Выставка, партнером которой выступила Московская коллегия адвокатов «Яковлев и Партнеры», будет проходить 16 и 17 мая в Главном штабе на Дворцовой площади во время проведения Петербургского международного юридического форума. Ее открытие запланировано в рамках международной конференции ФПА РФ.

Коллекция адвокатских мантий Национального совета адвокатских палат Франции содержит в себе образцы мантий из более чем 40 стран. На выставке будут представлены 30 адвокатских мантий из парижской коллекции, в числе которых «рабочая одежда» адвокатов Азербайджана, Великобритании, Бразилии, Канады, Германии, Литвы, Польши, Португалии, Турции и другие.

В России уже несколько лет ведутся споры о необходимости узаконить такую же «спецодежду» для адвоката, какая имеется у коллег в ряде зарубежных стран. Сторонниками адвокатской мантии выступают, в частности, первый вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ Евгений Семеняко и президент Гильдии российских адвокатов Гасан Мирзоев, их поддерживают многие президенты адвокатских палат субъектов РФ. Однако не все согласны с целесообразностью такого нововведения.

«Мантии адвокатов со всего мира – это отражение личности, ценностей и образа нашей профессии, – утверждает президент Национального совета адвокатских палат Франции Кристиан Фераль-Шуль. – Адвокатские мантии в одно и то же время отличают нас и идентифицируют. Отличая нас от других специалистов и партнеров по правосудию, мантия адвоката позволяет общественности признать нас. Это также помогает нам идентифицировать себя между адвокатами, где бы мы ни находились в мире».

«Разнообразие и особенности каждого платья, представленного в выставке, превосходят функцию, которая объединяет нас и идентифицирует как юристов: воплотить защиту, представлять голоса тех, кому мы помогаем и представляем в юридическом процессе.

Таким образом, эти различие и идентичность объединяют нас – в этом и есть сила адвокатов», – резюмировал глава Национального совета адвокатских палат Франции.

Фото: Национальный совет адвокатских палат Франции

Мантия для адвокатов

О необходимости вводить единую форму для представителей адвокатской корпорации

Традиционное взаимодействие таких двух философских категорий, как форма и содержание, получило свое оригинальное преломление в виде развернувшейся в адвокатских кругах дискуссии о том, необходимо ли вводить единую форму представителям адвокатской корпорации. Такой, казалось бы, малозначительный вопрос: во что одеться адвокату, приобрел характер масштабной дискуссии, со своими сторонниками и противниками.

Я являюсь сторонником мантии.

Хотелось бы отметить, что в современном российском законодательстве нет никаких ограничений по отношению к официальной форме адвокатов, участвующих в судебных процессах. В этом случае будет действовать принцип, что не запрещено, то разрешено. То есть адвокат уже сегодня может в любой момент явиться в судебное заседание в мантии.

Я считаю, что введение мантии будет способствовать повышению профессионализма и нравственности адвоката, моральной защищенности адвоката-защитника в уголовном процессе и достижению равноправного статуса защитника при отправлении правосудия.

По давно сложившейся традиции на Петербургском международном юридическом форуме состоялась первая тематическая выставка, в рамках которой юристам показали рабочую одежду коллег со всего света.

Экспонаты для выставки, организованной Федеральной палатой адвокатов РФ совместно с Национальным советом адвокатских палат Франции, в партнерстве с Московской коллегией адвокатов «Яковлев и Партнеры», предоставили коллеги из Национального совета адвокатских палат Франции. В экспозицию вошли образцы «формы» из Азербайджана, Великобритании, Бразилии, Канады, Германии, Литвы, Португалии, Польши и Турции. Всего в Главном штабе можно было увидеть 30 мантий из парижской коллекции.

Многие страны отказались от традиционной «рабочей одежды» для юристов, и мантии в основном являются обязательным атрибутом судейского корпуса. Тем не менее ряд государств обязывает адвокатов носить соответствующую форму. Цвет и фасон самого платья могут разниться, хотя черный всегда в тренде, даже если речь идет об обычном женском костюме.

Российской мантии среди них нет, хотя о необходимости ее введения спорили – к положительному решению отечественные адвокаты пока не пришли. Противники мантии, хотя еще никто не предлагал ввести ее для российских адвокатов, уже начали активно искать причины, почему мантию вводить не надо. Выставка мантий показала, что многие страны, даже такие как Ливия или Афганистан, имеют мантии адвокатов. Как красиво смотрится мантия Латвии, насколько практична мантия адвокатов Китая (укороченная).

Мантия – один из важных элементов образа адвоката, это отражение личности и образа нашей профессии. Отличая нас от других специалистов и партнеров по правосудию, мантия адвоката позволяет общественности признать нас.

Возможно, говорить о мантии для адвокатов России преждевременно. Но это еще раз заставляет задуматься о требовании делового стиля одежды для адвокатов.

Споры о «спецодежде» для адвокатов

В рамках VIII Петербургского международного юридического форума Федеральная палата адвокатов РФ совместно с Национальным советом адвокатских палат Франции организовала выставку адвокатских мантий со всего мира. Коллекция включала образцы мантий из более чем сорока стран, в числе которых были экземпляры «рабочей одежды» адвокатов Азербайджана, Великобритании, Бразилии, Канады, Германии, Литвы, Польши, Португалии, Турции и др.

Как отмечено на сайте ФПА, в России уже несколько лет ведутся споры о необходимости узаконить такую же «спецодежду» для адвокатов, какая имеется у коллег ряда зарубежных стран. Сторонниками адвокатской мантии выступают, в частности, первый вице-президент ФПА РФ Евгений Семеняко и президент Гильдии российских адвокатов Гасан Мирзоев. Их поддерживают некоторые президенты региональных адвокатских палат и адвокаты. Противником введения адвокатской мантии является уважаемый мэтр – Генри Резник, который считает, что пока культура судопроизводства далека от достойного уровня, говорить о мантиях рано.

В социальных сетях развернулась дискуссия на эту тему, в ходе которой коллеги высказывали различные суждения и полярные точки зрения.

Вопрос о возможности введения в обиход российской адвокатуры мантий вновь приобрел актуальность
Несколько лет назад, предлагая ввести в качестве обязательного атрибута принадлежности к корпорации нагрудный знак адвоката (см. «АГ» № 12 за 2014 г.), я также обращал внимание на то, что российская адвокатура не приняла решения по поводу единой корпоративной формы одежды. В качестве одного из возможных вариантов предлагалось ввести в обиход мантии из качественного материала зеленого или синего цвета.

Прошло время. Дискуссия периодически возобновлялась. Мое мнение о необходимости введения в официальный обиход адвокатских мантий изменилось: не для российского менталитета все-таки этот западный атрибут. Исторически он не связан с нашей, прежде всего присяжной, адвокатурой. Да и вряд ли поголовное облачение адвокатов в мантии принесет дополнительные имиджевые очки адвокатской корпорации.

Тем более благодаря поддержке ФПА РФ уже несколько лет мы имеем в качестве неотъемлемого атрибута исторический символ адвокатуры – нагрудный знак. Именно по нему, даже те, кто не является участником судопроизводства, уже узнают нас как специальных субъектов. Многие адвокаты его с гордостью и с удовольствием носят на своем костюме. Это радует. Полагаю, на сегодняшний день его вполне достаточно для самоидентификации среди других участников судопроизводства.

Мантия – это прежде всего элемент западной юридической культуры. Как пояснил президент Национального совета адвокатских палат Франции Паскаль Эйду: «Мантии адвокатов со всего мира – это отражение ценностей и образа нашей профессии. Они одновременно отличают нас и идентифицируют. Отличая нас от других специалистов и партнеров по правосудию, мантия адвоката позволяет общественности признать нас. Она также помогает нам идентифицировать себя, где бы мы ни находились».

Практика введения форменной одежды для адвокатов в историческом контексте
Институт мантии является средневековым анахронизмом, сохранившимся до наших дней в некоторых странах. Там ее ношение является обычаем, корни которого уходят в далекое прошлое. В частности, французские и английские адвокаты носят мантию, так как этот обычай не прерывался у них столетиями. В Германии еще со времен Фридриха Великого адвокатура привязана к судам и фактически является органом правосудия, поэтому и мантии адвокатов там схожи с мантиями судей. Таким образом, участие адвоката в процессе в мантии – традиция, формировавшаяся на протяжении столетий.

Смотрите так же:  Налог за учебу за какой период

На сегодняшний день существует практика введения адвокатской мантии в некоторых постсоветских странах. Например, в Азербайджане органы самоуправления обязали адвокатов носить ее во время участия в судебных процессах. Однако спустя непродолжительное время выяснилось, что адвокаты не желают надевать мантии. Более того, они стали активно выражать свое недовольство этой обязанностью.

Беларусь в свое время озаботилась введением форменной одежды для адвокатов. Постановлением республиканского Минюста в 2007 г. для «повышения престижа адвокатуры и профессии адвоката, авторитета и моральной защищенности адвоката, достижения равноправного статуса адвоката при отправлении правосудия» было принято волевое решение о том, что с 1 марта 2008 г. все адвокаты, участвующие в судебных заседаниях, должны облачаться в специальную форму – мантии. Депутаты Украины также предлагали парламенту принять решение о введении для адвокатов мантии, однако это предложение было отклонено.

Интересно, что в ответ на отказ большинства азербайджанских адвокатов носить мантии руководство их ФПА заявило, что, пока адвокаты не привыкнут ходить на судебные процессы в мантиях, они будут делать это в принудительном порядке, а отказ будет расцениваться как безответственность и лень.

Представляется, что идея воспитывать российских адвокатов путем введения обязанности носить мантии – сомнительный и бесперспективный проект с прогнозируемым отрицательным результатом. Потому идти по пути западных коллег в этом вопросе не стоит. Такое решение будет даже не столько фактически, сколько «политически» неверным шагом. Являясь независимой корпорацией, мы, адвокаты, прежде всего граждане России и должны оставаться патриотами своей страны и чтить ее многовековую историю.

Облик российского адвоката
Наша отечественная культура, в том числе внешнего вида адвоката, имеет глубокие корни.

В истории советской адвокатуры уже предпринимались попытки введения адвокатской униформы. В соответствии с Постановлением Совета министров СССР от 2 июня 1945 г. в Министерстве юстиции СССР был разработан проект положения об адвокатуре СССР. Согласно этому положению предусматривалось введение форменной одежды адвокатов. Но даже в то сложное для адвокатуры время идея введения адвокатской униформы не нашла поддержки, и больше к этому вопросу не возвращались.

Если обратиться к истории присяжной адвокатуры, почитать очерки об адвокатах тех времен, посмотреть на их фото, сразу видно одно неоспоримое отличие от «современного собрата»: у всех строгий сюртук, наподобие классического смокинга (фрака), белая рубашка, зачастую надевалась «бабочка». И обязательно – нагрудный знак «со столпом закона и с короной, в обрамлении венка».

Присяжный поверенный, не облаченный в специальный фрак (сюртук), не допускался к процессу. Митрополит отечественной адвокатуры Федор Плевако, как, впрочем, и остальные присяжные поверенные, пошил себе фрак с первых гонораров и гордился этим. Надо отметить, что по тем временам это стоило недешево. При этом не было случаев, когда присяжные поверенные приходили в суд в «лаптях» и «толстовках».

Нашего собрата в те времена хоть и не всегда любили, но между тем почитали и уважали большинство судей и «правоохранителей». А публика иной раз боготворила. Облик адвоката (присяжного поверенного) этому, несомненно, способствовал.

Галстук-«бабочка» как элемент адвокатской одежды давно ушел в прошлое. Лишь несколько известных адвокатов продолжают ее носить на публичных мероприятиях. У адвоката Александра Добровинского, например, этот фирменный атрибут органично дополняет образ. Однако все же чаще в суде адвокаты с «бабочкой» вызывают только ухмылки различного свойства. Судьи, прокуроры, следователи, да и наши доверители мне об этом неоднократно рассказывали. Про неудобство ношения я и не говорю: мы же не сидим в отличие от судей на одном месте.

Вместе с тем вопрос о единой униформе адвокатов, участвующих в судебных заседаниях, продолжает оставаться актуальным.

Статья 8 КПЭА обязывает адвоката придерживаться стиля одежды, соответствующего деловому общению. Уже имеются случаи, когда нарушение адвокатом этих требований приводило к привлечению его к профессиональной ответственности и даже лишению статуса. «Банданный» и иные скандальные случаи, когда адвокаты приходили в суд для участия в процессах одетыми «кто во что горазд», у всех на слуху и не добавляют нам авторитета.

Фраки и костюмы неоднократно меняли свой покрой, но многие адвокаты, прежде всего мужчины, продолжают считать их своей официальной и парадной формой одежды. Однако повседневной «форменной одеждой» большинства адвокатов по-прежнему остаются джинсы, блузы и разношерстные пиджаки. Сам иной раз грешу этим.

У прокуроров, следователей и приставов есть своя униформа, и без нее в процессах они не участвуют (кроме следователей). Черные мантии уже есть у судей. Многие из них ворчат по поводу неудобства мантий, но смирились с необходимостью их обязательного ношения даже в жаркое время года. Соревноваться с ними в фасонах, цветах, качественности материала нам ни к чему.

При этом адвокат должен отличаться от других участников процесса. И единый унифицированный костюм сродни тому, что был у наших предшественников-мужчин (до 1917 г. среди адвокатов была только одна женщина), выделял бы нас среди посетителей судов и других участников судопроизводства. Для адвокатов-женщин тоже был бы уместен брючный или юбочный костюм строгого покроя.

Дизайном пусть занимаются специалисты-модельеры. Что касается цвета, думаю, черный и темно-синий подойдут адвокатам обоих полов, зеленый – дополнительно, для женщин. Нагрудный знак шикарно смотрелся бы на этой «униформе». А наши коллеги из других «юридических цехов», полагаю, положительно бы воспринимали новый образ российского адвоката.

Считаю, что нам стоит еще раз подумать и обсудить эту тему на форумах и конференциях. Необходимо выбрать разумный, устраивающий большинство подход к вопросу об официальной «присутственной» форме одежды, разработать Положение о костюме адвоката и внести соответствующие дополнения в КПЭА и Закон об адвокатуре. Для начала можно ввести рекомендательный режим ношения. А когда коллеги привыкнут к новому образу, можно и обязать носить «униформу» в ходе участия адвоката в качестве защитника и представителя в судебных процессах.

Полагаю, что профессиональному адвокату придется под стать хорошо скроенный и пошитый костюм. И этот обязательный или рекомендованный для ношения в процессах атрибут, как и уже полюбившийся членам корпорации нагрудный знак адвоката, позволит добиваться неоспоримых преимуществ при оказании квалифицированной юридической помощи и оставаться всегда на высоте. Во всяком случае, надеяться на это – вполне резонно. Время развеет сомнения как возможных сторонников «мантий», так и скептиков в вопросе о необходимости «униформирования» адвокатов. Хуже от этих атрибутных нововведений вряд ли будет.

Адвокат в мантии

Российские адвокаты во время судебных заседаний будут носить мантии. По мнению защитников, такая одежда должна способствовать повышению престижа адвокатуры. Об этом говорилось вчера на Всероссийской конференции адвокатов. Речь шла о совершенствовании российского правосудия и адвокатуры усилиями неправительственных организаций.

На своем форуме защитники отмечали, что права адвокатов в России на протяжении последнего столетия носят декларационный характер. Многое из того, что в современной истории страны было закреплено Конституцией и Законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», на практике не всегда реализуется.

— Что бы мы ни говорили, состязательность у нас, конечно, только на бумаге, — подчеркнул Михаил Палеев, главный советник Государственно-правового управления президента РФ. — И в этом велика вина самих адвокатов.

Краткий анализ жалоб граждан в квалификационные комиссии адвокатских палат регионов показал, что 40 процентов из них являются обоснованными. Повышенное внимание следует уделить молодым коллегам.

— Мы уже разослали письма в регионы с предложением создать союзы молодых адвокатов, — рассказал Алексей Галоганов, президент Федерального союза адвокатов. — Кто-то может возразить: зачем создавать столько организаций? Но я думаю, что в деле защиты прав граждан много помощников не бывает.

Защитники должны проявлять большую настойчивость и активность в отстаивании своих прав, не пасовать перед «басманным правосудием», добиваться, чтобы заложенные в законе права адвоката гарантированно исполнялись на практике. Ученые им помогут.

— В апреле этого года Российская академия адвокатуры преобразовалась в Российскую академию адвокатуры и нотариата, и она выиграла грант на проведение исследования по теме: «Совершенствование российского правосудия и адвокатуры усилиями неправительственных организаций», — заметил Гасан Мирзоев, ректор Российской академии адвокатуры, президент Гильдии российских адвокатов. — В суете сует мы бегаем по судам, и нам некогда задуматься над тем, как совершенствовать правосудие. Но хотелось бы, чтобы рядовые адвокаты приходили в аспирантуру, выбирали темы и с помощью научной деятельности делали свой посильный вклад.

Государство, по мнению участников форума, должно повысить социальный статус адвокатов, гарантировать им достойную заработную плату и пенсию, возможно, обеспечить дополнительные льготы.

— Мы должны всячески напоминать обществу, что мы — правозащитники, — резюмировал Евгений Семеняко, президент Федеральной палаты адвокатов РФ, президент Российской академии адвокатуры. — Это также послужит тому, что облик адвоката в глазах людей изменится в лучшую сторону.