А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 
Главная - Н - Нина Федорова - Шпион


 
Нина Федорова Нина Федорова

Шпион


Нина Федорова. Шпион

---------------------------------------------------------------
Текст взят из сборника эмигрантской прозы "Пестрые рассказы". Издательство имени Чехова. New York, 1953
OCR: Роман Капитонов
---------------------------------------------------------------

В Харбине мы имели своего шпиона, лично приставленного к нашей семье. Это произошло из-за дяди. Наш дядя был военный, но с годами он охладел к войнам и занялся изучением Отцов Церкви. Как-то раз, случайно, прочел он житие св. Симеона Столпника и был потрясен прочитанным. Поэт в душе и стратег по образованию, он по достоинству оценил раскрывшуюся ему картину многолетней борьбы с самим собою из-за своей души. Он был восхищен драматизмом положения, где враг - невидим, а приз воображаем, где - поле битвы, нападающий, орудия, враг, отступление и наступление, все это - сам же подвижник. Чтение житий и поучений сделалось единым занятием и единой страстью дяди. Он стал неудержимо завидовать жизни подвижников и аскетов. Пустынное житие стало его мечтой.

- Да... Если бы знать это раньше! Ушел бы я в молодости в пустыню, выкопал бы пещерку и стал бы спасаться... вдали от житейской суеты в тиши, в посте в подвиге, в уединении. Мало по малу мы все заразились его энтузиазмом.
По вечерам, бывало, сидим все за работой, а дядя нам из "Отцов Церкви" читает:
"Ум блуждающий устанавливают - чтение, бдение и молитва. Похоть пламенеющую угашают алчба, труд и отшельничество. Гнев волнующийся утишают - псалмопение, великодушие и милостивость". Тетя первая начинала вздыхать, а за нею и все остальные.
... "Бегающий мирских удовольствий есть башня, неприступная для демона печали"...


Тетя вытирала набежавшую слезу. И мы плакали. Нас по молодости более всего трогала высокая поэзия чувств и выражений. Трудно было сохранять спокойствие, когда дядя вдохновенно читал:
"Утверди, Господи, на камени заповедей Твоих подвигшееся сердце мое, яко свят еси и Господь".

Тетя откладывала в сторону работу, (она перелицовывала дядину куртку), слезы мешали ей работать. Эта генеральская куртка перелицовывалась в пятый раз. Все из нее выносилось - и цвет, и покрой, и фасон, - оставалось лишь добротное военное сукно. Оно бросало вызов и войне, и революции, - оно не изнашивалось. Оно казалось неисчерпаемым, так как с годами дядя делался все меньше и меньше, и тетя могла варьировать фасон, сколько угодно. За тетей и мы все откладывали работу. Начинался разговор. Нам всем хотелось уйти в пустыню и, сузив жизнь до одного лишь попечения о спасении души, неустанно петь псалмы и читать кафизмы.

Но уйти не удалось. В Харбин пришли японцы. Русское население было поставлено на учет. Дядю, как военного специалиста, стали вызывать то в штаб японский, то в полицию, но он от всякой активности- отказывался. И с прежними товарищами по оружию пошли споры. Они ему о войне, а дядя им о любви к ближнему. Они о стратегии, а дядя от Писания. Они о сотрудничестве с японцами, а дядя о спасении души.





Страницы (4) : Полный текст книги


1 2 3 4
Тем временем:



IX

Таков совет питомцу римской веры -
Пусть римлянином в Риме будет он!
Но протестанты - вы, о леди, сэры,
Для вас поститься вовсе не закон.
Вы только иностранцы, форестьеры,
Так поглощайте мясо без препон
И за грехи ступайте к черту в лапы!
Увы, я груб, но это кодекс папы.

X

Из городов, справлявших карнавал,
Где в блеске расточительном мелькали
Мистерия, веселый танец, бал,
Арлекинады, мимы, пасторали
И многое, чего я не назвал, -
Прекраснейшим Венецию считали.
Тот шумный век, что мною здесь воспет,
Еще, застал ее былой расцвет.

XI

Венецианка хороша доныне:
Глаза как ночь, крылатый взлет бровей,
Прекрасный облик эллинской богини,
Дразнящий кисть мазилки наших дней.
У Тициана на любой картине
Вы можете найти подобных ей
И, увидав такую на балконе,
Узнаете, с кого писал Джорджоне,

XII

Соединивший правду с красотой.
В дворце Манфрини есть его творенье:
Картин прекрасных много в зале той,
Но равных нет по силе вдохновенья.
Я не боюсь увлечься похвалой,
Я убежден, что вы того же мненья.
На полотне - художник, сын, жена,
И в ней сама любовь воплощена.

XIII

Любовь не идеальная - земная,
Не образ отвлеченной красоты,
Но близкий нам - такой была живая,
Такими были все ее черты.
Когда бы мог - ее, не рассуждая,
Купил, украл, забрал бы силой ты...
Она ль тебе пригрезилась когда-то?
Мелькнула - и пропала без возврата.

XIV

Она была из тех, чей образ нам
Является неведомый, нежданный,
Когда мы страстным преданы мечтам
И каждая нам кажется желанной,
И, вдруг воспламеняясь, по пятам
Мы следуем за нимфой безымянной,
Пока она не скрылась навсегда,
Как меж Плеяд погасшая звезда.

XV

Я говорю, таких писал Джорджоне,
И прежняя порода в них видна.
Они всего милее на балконе
(Для красоты дистанция нужна),
Они прелестны (вспомните Гольдони)
И за нескромным жалюзи окна.
Красоток тьма, - без мужа иль при муже, -
И чем они кокетливей, тем хуже.

XVI

Добра не будет: взгляд рождает вздох,
Ответный вздох - надежду и желанье.
Потом Меркурий, безработный бог,
За медный скудо ей несет посланье.


«Семья»

Все книги


Наши друзья:

SciLib: Библиотека зарубежной фантастики






Copyright © 2004- ClassicLibr.ru
Проект Михаила Городецкого

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу [email protected] и мы немедленно удалим указанные работы.

Администрация сервера не несет ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимает все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс classiclibr.ru, автора материала и уведомления администрации ресурса о дате и месте размещения.