А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 
Главная - Ф - Франсуа Вийон - Лэ, или малое завещание


 
Франсуа Вийон Франсуа Вийон

Лэ, или малое завещание


Франсуа Вийон. Лэ, или малое завещание
---------------------------------------------------------------------------
Перевод Ю.Б.Корнеева
OCR: Максим Бычков ---------------------------------------------------------------------------

I

Я, Франсуа Вийон, школяр,
В сем пятьдесят шестом году,
Поостудив сердечный жар,
И наложив на мысль узду,
И зная, что к концу иду,
Нашел, что время приглядеться
К себе и своему труду,
Как учит римлянин Вегеций.

II

Под Рождество, глухой порой
Жестокой ледяной зимы,
Когда слыхать лишь волчий вой
И в дом к теплу вернуться мы
Спешим до наступленья тьмы,
Избавиться замыслил я
От кандалов любви, тюрьмы,
Где страждет днесь душа моя.

III

Я не забыл, из-за кого
Пришлось мне столько слез пролить,
Что нужно милой для того.
Чтобы мои терзанья длить,
А потому могу молить
Богов, к влюбленным благосклонных,
Меня, отметив ей, исцелить
От мук, мне ею причиненных.

IV

Улыбкою и блеском глаз
Она меня в обман ввела,
Хоть, как я понял лишь сейчас,
Из равнодушья иль со зла
Не жаждала и не могла
Помочь мне в горестях моих,
И должен был бы я тепла
Искать в объятиях иных.

V

Меня коварный взгляд ее
Пленил надежней, чем оковы,
На пытку существо мое
Всечасно обрекая снова,
Но, видя, сколь со мной сурова
Та, без кого мне свет немил,
Я бегством от врага такого
Спастись в отчаянье решил.

VI

Себя сводить в могилу сам
Отнюдь не будучи охоч,
В Анжер уйду я, хоть и там
Мне свой недуг избыть невмочь:
Ну, как и чем тому помочь,
Кто телом здрав, но мертв душой?
Я - мученик любви, точь-в-точь
Романов рыцарских герой.

VII

Но как разлука ни тяжка,
Мне все-таки она в охотку,
Понеже нового дружка
Приветила моя красотка.
Выходит так: я ел селедку,
А захотелось пить - шалишь,
Вино вольют другому в глотку.
О Господи, мой стон услышь!

VIII

Коль скоро суждено навек
Уйти мне в дальние края,
А я всего лишь человек,
Не из железа плоть моя
И бесконечно жизнь ничья
Не может длиться на земле,
Кому и что оставлю я --
Изложено мной в этом лэ.

IX

Во-первых, пусть моею славой
Во имя Троицы Святой
Распоряжается по праву
Гийом Вийон, приемный мой
Отец, который был со мной
Добр, нежен и заботлив так,
Что он мне ближе, чем родной.
Ему же - мой шатер и стяг.

x

Оставлю сердце я засим
Той, кем так злобно прогнан был,
В ком к уверениям своим
Сочувствия не пробудил,
Из-за кого и сам уныл,
И горестно мое житье,
И дни влачить нет больше сил.
Благой Творен, прости ее!

XI

Засим пусть мой двуручный меч
Итье Маршан иль Жан Корню
Возьмет и носит б¦сперечь,
Вложив - на мой манер - в мотню.





Страницы (48) : Полный текст книги


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15  ...  >>
Тем временем:

Теперь Ольсен мог плыть только назад.


II

Лазарет, где лежал кочегар, стоял на холме, за городом. Его верхний этаж состоял из спускных тентов, превращающих больницу в веранду. Отсюда видны были порт, океан и - очень близко от стены лазарета - группы растений, покрытых огромными яркими цветами, подобных которым Ольсен не видел нигде. Ольсен смотрел на эти цветы, на странные листья из темного зеленого золота с оттенком страха и недоверия. Эти воплощенные замыслы южной земли, блеск океана, ткущий по горизонту сеть вечной дали, где скрыты иные, быть может, еще более разительные берега, - беспокоили его, как дурман, власть которого был он стряхнуть не в силах. Казалось ему, что на нем надето стеснительное парадное платье, заставляющее жалеть о просторной блузе.
Кроме Ольсена, в том же помещении лежали распухший от водянки француз, китаец, высохший и желтый, как мумия, и несколько негров. Не зная языков, Ольсен не мог говорить с ними; но если бы и мог, то предпочел бы все-таки лежать молча. В молчании, в неподвижности, в мыслях о родине он чувствовал себя ближе к дому. Вечером, засыпая, он думал: "Марта доит корову, старуха варит рыбу, отец засветил лампу, вымыл руки и сел к огню курить". Тогда тьма внезапно оборачивалась в его сознании утренней свежестью, и он видел не летний деревенский вечер, а глухой зимний рассвет. Ольсен задумчиво, с неудовольствием улыбался, смотрел некоторое время перед собой в полную огней тьму и сосредоточенно засыпал.


III

Время шло, а он худел, слабел, кашлял; испарина и лихорадочное состояние усиливались. Наконец, не видя никакой нужды держать неизлечимо больного кочегара, доктор сказал ему, что у него чахотка и что северный воздух будет полезнее Ольсену, чем лихорадочный тропический климат. Он прибавил еще, что на днях придет пароход, направляющийся в Европу, что бумаги и распоряжения администрации относительно Ольсена в порядке; таким образом, ему предоставлялся выбор: остаться здесь или ехать домой.
В тот день, когда Ольсен узнал правду, его силы временно вернулись к нему. Он был возбужден и мрачен; ликовал и скорбел, и та внутренняя нервная торопливость, какою стремимся мы, когда это не от нас зависит, приблизить желаемое, - наполнила его жаждой движения.
Он встал, оделся в свое платье, подумал, постоял у окна, затем вышел. Несколькими тропинками он достиг берега.


«Осип Мандельштам. Франсуа Виллон»
«Отрывки из "Большого завещания" и баллады»

Все книги


Наши друзья:

SciLib: Библиотека зарубежной фантастики






Copyright © 2004- ClassicLibr.ru
Проект Михаила Городецкого

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу [email protected] и мы немедленно удалим указанные работы.

Администрация сервера не несет ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимает все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс classiclibr.ru, автора материала и уведомления администрации ресурса о дате и месте размещения.