А   Б   В   Г   Д   Е   Ё   Ж   З   И   Й   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Щ   Ъ   Ы   Ь   Э   Ю   Я 
Главная - Т - Теодор Крамер - Зеленый дом


 
Теодор Крамер Теодор Крамер

Зеленый дом


Теодор Крамер. Зеленый дом

---------------------------------------------------------------
© Copyright Теодор Крамер
© Copyright Евгениий Витковский, перевод с немецкого Ў http:///NEWPROZA/WITKOWSKIJ/
Date: 19 Oct 2003 ---------------------------------------------------------------


(1897-1958)

Избранные стихотворения
Перевод с немецкого
Евгения Витковского, 2003




ВНАЙМЫ

Я ушел из города по шпалам,
мне - шагать через холмы судьба,
через поймы, где над красноталом
одиноко кличут ястреба;
рук повсюду не хватает в поле,
как-нибудь найдется мне кусок -
но нигде не задержусь я доле,
чем стоит на пожне колосок.

Если бродишь по долине горной -
средь корчевщиков не лишний ты;
в хуторах полно работы шорной,
всюду в непорядке хомуты, -
на усадьбах рады поневоле
ловкой да сноровчатой руке, -
но нигде не задержусь я доле,
чем зерно в осеннем колоске.

Принялись давильщики за дело,
потому как холод на носу;
я гоню первач из можжевела,
пробу снять заказчику несу, -
любо слышать мне, дорожной голи,
отзывы хозяев о вине,
но нигде не задержусь я доле,
чем сгорает корешок в огне.

ХЛЕБА В МАРХФЕЛЬДЕ

В дни, когда понатакыно пугал в хлеба
и окучена вся свекловица в бороздах,
убираются грабли и тачки с полей,
и безлюдное море зеленых стеблей
оставляется впитывать влагу и воздух.

И волнуется хлеб от межи до межи, -
только в эти часы убеждаешься толком,
как деревни малы, как они далеки,
и трепещут колючей листвой бодяки,
лубенея на пыльном ветру за проселком.

Постепенно в пшенице твердеет стебло,
избавляются зерна от млечного сока, -
А над ровным простором один верболоз
невысокие кроны вдоль русел вознес,
отражаясь в серебряной глади потока.

Только хлеб в тишине шелестит на ветр,
да кузнечик звенит, - вся земля опочила,
лишь под вечер, предвидя потребу косьбы,
деревушки, в прозрачной дали голубы,
на часок оглашаются пеньем точила.

ГОД ВИНОГРАДА

Лоза в цвету - все гуще, все нарядней;
долина по-весеннему свежа.
Я коротаю год при виноградне,
определен деревней в сторожа.
Почую холод - силу собираю,
зову сельчан, вовсю трублю в рожок:
раскладывайте, мол, костры по краю,
палите все, что просится в разжог.

Лоза в листве, черед зачаться гроздам,
страшилы позамотаны в тряпье,
меж тыкв уютно греться по бороздам,
лесс налипает на лицо мое, -
харчей промыслю за каменоломней,-
- где прячусь я, не знает ни один, -
колени к подбородку, поукромней,
и - засыпаю, обхвативши дрын.

Зрелеют грозды, множится прибыток, -
тычины подставляю; где пора,
сметаю с листьев и давлю улиток,
меж тем в долине - сенокос, жара.
Слежу - не забредет ли кто нездешний,
лещину рву, хоть и не куст улов,
грызу дички да балуюсь черешней,
и дудочкой дразню перепелов.





Страницы (45) : Полный текст книги


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15  ...  >>
Тем временем:


У кого мог я, девятилетний, покупать голубей? Все у тех же, конечно, пушкарей и стрельцов; и когда я пытался тоже воинственно размахивать шестом на своей крыше и свистать в два пальца, мои голуби исправно летели на свои старые голубятни.
С голубями у меня не вышло, зато тем сильнее пристрастился я к синицам, щеглам, перепелкам, которых кто же мог у меня отбить?
Прошло много лет с того времени... Кажется, четверть века уж я не видал березок, осинок, елок. Теперь они представляются мне в каком-то неразборчивом тумане, как на картинах Клода Монэ.
Тогда ходил я с Авдеичем осенью именно в эти березки, осинки, елки с западками и лучками ловить глушек, гаек, лозиновок.
Время смыло, конечно, все яркие краски с тех переживаний, но какое все-таки невнятно-радостно-звенящее осталось в памяти!.. Не передашь, ни за что не передашь!..
Сухими и теплыми еще осенними утрами, когда воздух гуще и земля строже и виднее чернобыл на межах, когда ближе к опушке придвигались черноголовые монашенки-гайки и глушки с сизыми щечками, но тоже в черных шлычках, и синицы-лазоревки, очень длиннохвостые, белые с лазурью, пушистые, торжественно наряженные, как на свадьбу или на бал, - так было неслыханно-радостно проснуться в воскресенье на самой заре, чуть щели покажутся в ставнях, кое-как одеться, захватить то, что приготовлено еще с вечера, выскользнуть из дому так, чтобы и не разбудить никого, и потом, по сонной еще улице, бежать к Авдеичу, постучать в его окошко с надворья и услышать отчетистое:
- Че-час!
А не больше, чем через час, мы с ним в лесу.
Души детей, как и души художников, - очарованные души; но когда я в лесу осеннем, в желтизне, в запахах листьев спелых, в прощальной грусти светлой не мог воздержаться от крика, чтобы вызвать эхо, Авдеич глядел на меня глазами строгого пекинского селезня:
- Ты ж это что, а?.. В класс пришел?
И я смирялся.
Авдеич никогда не мигал веками... Рассмешить его ничем было нельзя, рассердить нельзя, удивить нельзя и напугать нельзя: окаменелость на шмыгающих ногах и с односложным разговором.
Водки он не пил.
Потому, что против моего увлечения птицами и Авдеичем ничего не имел мой отец, я думаю, что и отец его знал, хоть у нас в доме я никогда не видал Авдеича.



К сожалению, книг автора Теодор Крамер больше не найдено.


Все книги


Наши друзья:

SciLib: Библиотека зарубежной фантастики






Copyright © 2004- ClassicLibr.ru
Проект Михаила Городецкого

Правовая информация: если Вы являетесь автором и/или правообладателем любых из представленных на страницах нашей библиотеки произведений, и возражаете против их нахождения в открытом доступе - сообщите нам по адресу [email protected] и мы немедленно удалим указанные работы.

Администрация сервера не несет ответственности за содержание рекламных материалов и информации, размещаемой посетителями, однако принимает все необходимые и достаточные меры для контроля. Перепечатка материалов сервера возможна лишь при обязательном условии ссылки на ресурс classiclibr.ru, автора материала и уведомления администрации ресурса о дате и месте размещения.